Сравнение «плана Байдена» и «плана Трампа» по преодолению экономического кризиса

Источник: Newsprice.info

Преамбула

«Это – первый доклад Фонда Хазина, написанный на основе моделирования экономических процессов разработанным нами программным обеспечением. Все доклады будут делаться в двух экземплярах, коротком, который будет в свободном доступе и расширенном, который будет предлагаться в платном режиме. Расширенный вариант настоящего доклада будет размещён на сайте в конце недели. Мы надеемся, что читателям наши результаты будут интересны»
— С уважением, Михаил Хазин

Доклад

Основные причины кризиса. Исчерпание либеральной экономической модели

К 70-м годам ХХ века бреттон-вудская модель исчерпала возможности своего естественного развития, заложенные в 1944 году. Кредитование через бреттон-вудские институты (МВФ и Всемирный банк) и транснациональные банки, соблюдение правил ГАТТ (будущего ВТО) и другие инструменты исчерпали себя в рамках той части мировой экономики, которую контролировали США. Как следствие, 15 августа 1971 года США были вынуждены отказаться от привязки доллара к золоту и начался кризис 70-х годов. Его оценка — достаточно сложное дело, поскольку статистические методики с тех пор неоднократно менялись. Наш (Фонда экономических исследований Михаила Хазина) анализ говорит о том, что 70-е годы прошлого века были периодом постоянного экономического спада в «западной» (то есть подчиняющейся на тот момент бреттон-вудской модели) системе разделения труда.

Исходя из разрабатываемой нами теории (см. М. Хазин «Воспоминания о будущем. Идеи современной экономики», 2019, aurora.network/…; англ. перевод.  M. Khazin «Crisis of capital effectiveness», 2020, www.amazon.com/… ) выхода в такой ситуации было два: либо расширять «западную» систему разделения труда, либо начать «внеэкономическое» (то есть за счёт искусственных, эмиссионных ресурсов) стимулирование спроса. Поскольку в 70-е годы советская (на базе ресурсов СССР) система разделения труда была незыблема, был выбран второй вариант, который в истории получил название «рейганомика» (хотя был подготовлен ещё при президенте США Дж.Картере).

Суть модели «рейганомики» состояла в стимулировании конечного потребления (государства и домохозяйств) за счёт роста государственного долга и рефинансирования долга домохозяйств под постоянно снижающийся процент. В 1981 году учётная ставка ФРС США была 18%, к 2008 году она снизилась до 0. Возможно, кризис произошёл бы и раньше, но в конце 80-х годов разрушилась советская система разделения труда и это дало западной (а с 1991 года — мировой) экономике около 10 лет передышки (т.н. «золотой век» Клинтона), поскольку резко выросло количество потребителей.

Кризис 2008 г. показал, что этот ресурс также оказался исчерпан. Некоторое время ФРС США печатала деньги, снабжая ими бюджет и затыкая прорехи в банковской системе, и этот ресурс используется до сих пор, но и он близок к истощению. Аналогично, входящий в (уже мировую)  систему разделения труда, Евросоюз активно использует эмиссию для поддержания своей экономики, но эффективность такой политики всё более низкая ( ru.fondmx.org/…  ). Более подробно про историю развития кризиса можно прочитать в упомянутой выше книге М. Хазина, но в настоящем докладе мы рассматриваем текущую ситуацию в мировой экономике.

В любом случае, текущая ситуация не представляется позитивной, остановить экономический спад не получается, а либеральная экономическая модель, выстроенная под логику «рейганомики» уже больше 10 лет показывает, что обеспечить экономический рост она не может. Экономический кризис продолжается и налицо все условия для его перехода в крайне острую стадию (с исторической точки зрения мы сейчас находимся где-то между октябрём 1929 и весной 1930 года; точная аналогия невозможна, поскольку из-за эпидемии коронавирус структурный кризис начался до обвала рынков). Если прекратить финансовую подпитку спроса, этот переход начнётся сразу же, а эффективность эмиссионного стимулирования экономики всё время падает, что требует постоянного увеличения мощности печатного станка.

Пандемия 2020 г. сопровождалась широкими карантинными мерами в самых различных странах. Значительная часть населения не выходила на работу или работала в удалённом режиме, что привело к заметному спаду производства. По сути дела, этот спад маскирует настоящий кризис, который должен был бы начаться чуть позднее. Однако фактор коронавируса, не вписывающийся в обычный экономический сценарий, подтолкнул развитие ожидаемый событий. Карантинные мероприятия просто запустили структурный кризис мировой экономики, аналогичный кризиса 1930-32 гг., который привёл к «Великой» депрессии. Потому, как мы ранее предупреждали в наших еженедельных обзорах ( ru.fondmx.org/… ), быстрого восстановления экономики не получилось, более того, экономика основных стран мира вновь начала падения, не достигнув показателей начала года.

Поскольку либеральная экономическая теория структурные кризиса не описывает, бреттон-вудские институты и политики пыталась создать ощущение неминуемого возврата к показателям начала года. Ожидания на скорое окончание спада и восстановительный рост не оправдались, уже к концу лета текущего года рост практически прекратился, и судя по текущей ситуации, мировая экономика снова возвращается к спаду, не восстановившись после предыдущих потрясений. Это полностью соответствует нашей теории и основной совет, который мы можем дать нашим читателям: исходить из того, что экономического роста в ближайшие годы не будет.

Реальный сектор США и мировая финансовая элита, их положение и интересы в период кризиса

Бреттон-вудская финансово-экономическая модель существенно изменила место и статус США в мировой экономической системе. Если в 1944 году доля США в мировом ВВП составляла не менее 50%, то на сегодня вклад США в мировое производство не превышает 20% (по потреблению — около 1/3 мировой экономики). При этом с большим количеством стран США имеют серьёзный дефицит торгового баланса. В то же время, подавляющая часть расчётов производится именно в долларах США.

До 2008 года дефицит внешнеторгового баланса компенсировался профицитом платёжного, поскольку большая часть мировых инвестиций осуществлялась в долларах США, то и прибыль от этих инвестиций автоматически возвращалась в долларовую систему. Но с 2008 года совокупная прибыль от инвестиций в мировую экономику (точнее, её реальный сектор) стала отрицательной, начался серьёзный кризис (четвёртый ПЭК-кризис в соответствии с классификацией «Воспоминаний о будущем»). До 2014 года эта ситуация компенсировалась чистой эмиссией, но затем проблемы с долларовой ликвидностью мировой экономический системы стали стремительно нарастать.

Фактически, для того, чтобы спасти мировую долларовую систему, нужно ещё более снизить долю американского производства в мировой экономике с ее нынешних 17-18% до, условно, 5%. В этом случае, если что-то произойдёт с мировой финансовой системой, Америка не сможет обеспечить социально-политическую стабильность, в частности, из-за невозможности импорта. Понимание этого обстоятельства, в общем, в элитах США есть и именно по этой причине уже с ноября 2014 года (по результатам промежуточных выборов 4 ноября) стало понятно, что та часть американских элит, которая хочет отказаться от бреттон-вудской системы и вернуть положение американской экономики («Make America Great Again») вернула себе право голоса.

При этом в процессе реализации программы «рейганомики» (которая является вариантом бреттон-вудской модели) в США, да и в других странах, непомерно выросла доля финансового сектора, прежде всего, в части перераспределения в свою пользу общей прибыли. Хотя текущая статистика даёт этому сектору менее 10% произведённого ВВП (рис. 1), его доля в прибыли (рис. 2) превышает 30% (с учётом перераспределения прибыли нефинансовых компаний в пользу своих финансовых подразделений эта доля должна быть ещё выше, по оценкам она превышает 50%)[1].

рис. 1
рис. 2

Всё это происходило за счёт постепенного упадка реального сектора, в первую очередь в США. Это естественно — поскольку основным источником прибыли является эмиссия.  Но если бы доля реального сектора в ВВП сохранилась на уровне начала 80-х, его объём был бы заметно выше (рис. 3).

рис.3

В настоящее время в США действует такая система: деньги дают банкам, полагая, что они будут вкладывать в реальный сектор, но банки не делают этого, видя, что инвестиции в реальный сектор убыточны.

Как заставить банки вкладывать в реальный сектор – непонятно. Можно создать для этого государственные институты, но эти институты еще надо организовать. Таким образом, модель больше не работает, поэтому можно печатать денег сколько угодно, а экономика все равно будет падать. При этом, разумеется станут расти финансовые институты, особенно с учётом того, что именно финансовый сектор используется для стерилизации избыточных денег, направляемых на стимулирование частного спроса (см. рис. 4, 5).

рис. 4
рис. 5

Сейчас ФРС печатает деньги потому, что финансовой системе не хватает денег для обслуживания долгов и инвестирования. В результате, несмотря на продолжающийся спад производства, индекс Dow Jones вырос до уровня начала 2020 г. Такой результат говорит, скорее, о том, что система больше не работает, чем является позитивным достижением; это преддверие кризиса.

В этой ситуации два базовых экономических сценария, явно сформулированные еще в конце 2014 года (например, 5 марта 2014 года на Дартмутской конференции в Дейтоне, Огайо, это сделал М. Хазин), фактически, перешли в явную форму.

  • Первый сценарий соответствует интересам финансового сектора и его защищает Демократическая партия. Он состоит в том, что США любой ценой спасают мировую долларовую систему.
  • Второй – они спасают реальный сектор американской экономики ценой разрушения мировой долларовой системы. Условно первый план назовём «планом Байдена», а второй – «планом Трампа».

С точки зрения технических различий, они отличаются целью эмиссии. До прихода Трампа ФРС, легализуя эмиссию, осуществляла выкуп с рынка ценных бумаг финансовых институтов (в том числе откровенно фиктивных). С его приходом акцент был сделан на выкуп казначейских обязательств (то есть поддерживаться стал не финансовый сектор, а бюджет, см. рис 6).

рис. 6

Ну а с начала этого года, когда масштаб эмиссии превысил все разумные пределы (см. рис. 7), выкупаться стали, в основном, бумаги компаний реального сектора. Иными словами, Трамп всё-таки продавил осуществление своего «плана Трампа», что, возможно, и стало причиной столь агрессивной предвыборной кампании.

рис. 7

План Байдена и план Трампа. Финансовая поддержка мировой финансовой системы или реального сектора США

В упомянутом докладе 5 ноября 2014 года М.Хазин упомянул, что к осени 2014 года элитные группы в США, представляющие реальный сектор экономики, приобрели такую силу, что запланировали выдвинуть собственную кандидатуру в президенты и выиграть президентские выборы. Дело закончилось победой Трампа в 2016 г. Проблема состоит в том, что совместить два этих сценария, которые мы выше назвали «сценарий Трампа» и «сценарий Байдена» (хотя они объективно возникли задолго до того, как Байден и, особенно, Трамп, вышли на первые роли в американской политике) совершенно невозможно.

Несмотря на противодействие Конгресса, ФРС и всего американского истеблишмента, Трамп неукоснительно продвигает свои экономические планы, предусматривающие в конечном итоге спасение реального сектора американской экономики (пусть и ценой разрушения мировой долларовой системы), вернуть производство в США. Для этого нужен спрос, и стимулировать его – это сложная задача, так как после кризиса 2008 г., который приостановили, но не ликвидировали, долги домохозяйств составляют 100% от их годовых доходов. В результате деньги потребителей тратятся на обслуживание кредитов (см. рис. 8,9), более того, нельзя даже поднять ставки. «План Байдена», как отмечено выше, предусматривает обратное – финансовую поддержку финансового сектора и сохранение мировой финансовой элиты при разрушении реального сектора США.

Рис. 8

Трамп заставил ФРС сменить свою политику, хотя это было чрезвычайно непросто. Дело в том, что сегодня доходность капиталов в среднем в мире отрицательная. Здесь самый наглядный показатель – это доходность по депозитам. В Западной Европе он уже официально отрицательный, -0,05%. Это означает, что капитал не воспроизводится. По данной причине руководство ФРС, представляющее интересы как раз финансовых элит, решило, что надо поднять ставку. В США ставка была нулевой, то есть кредитование реального сектора экономики было убыточным (точнее, стимулировалось за счёт эмиссионных механизмов). Трамп активно выступил против поднятия ставки и, с учётом развития кризиса, в конце концов настоял на своём.

Отметим, что всё большая доля участия в поддержании спроса приходится на бюджет – частные структуры не хотят больше кредитовать домохозяйства, понимая, что возврата средств, скорее всего, не будет (см. рис.9). Это, как понятно, не способствует устойчивости американской финансовой системы.

Рис. 9

Именно эта ситуация вызвала такое жёсткое (с нарушением практически всех «неписаных» правил) противодействие Трампу со стороны сторонников финансистов, в том числе Демократической партии США. Но в базе всё равно лежит принципиальный вопрос о том, как будут распределяться эмиссионные деньги и о судьбе реального сектора экономики США и мировой долларовой (бреттон-вудской) системы.

Моделирование результатов выполнения планов

Представленные здесь прогнозы выполнения планов Байдена и Трампа разработаны на специальных компьютерных моделях, на которых Фонд экономических исследований Михаила Хазина специализируется уже много лет. Эти модели предназначены для работы с отдельными странами и регионами, которые представляют собой сложную систему взаимосвязанных объектов, которая постоянно меняется во времени. Чтобы модели соответствовали подобным системам, они должны соответствовать ряду требований, в частности быть динамическими, детерминированными (то есть построенными без использования случайных величин) и нелинейными.

В современной практике экономических расчётов широко используются статические методы: линейное и нелинейное программирование, балансовый и другие методы. Они используются на коротких интервалах времени, но не годятся для длительных прогнозов. Попытки обойти этот недостаток усложняют расчёты, но не приводит к нужным результатам, особенно в ситуациях кризисных.

Метод динамического моделирования, который используется в наших моделях, предназначен для прогнозирования на неограниченных интервалах времени. При этом в ходе моделирования меняется структура модели, точно так же, как это происходит в реальной экономике. Также модели снабжаются средствами управления: можно в любой момент изменить любые параметры, которые составляют экономическую стратегию (налоговые ставки, тарифы, квоты и другие).

Модели, построенные с использованием статистических методов, базируются на прошлых статистических показателях или на выборке случайных значений. Однако проблема в том, что любая экстраполяция статистических данных, так же как использование случайных значений, всегда приводят к существенным ошибкам. Это не позволяет использовать такие методы для прогнозирования социально-экономических процессов и подготовки управленческих решений. Применять прошлую статистику для управления экономикой – это примерно то же, что управлять автомобилем, глядя не вперёд, а в зеркало заднего вида. Точно так же недопустимо использовать традиционные наборы сценариев – «пессимистический», «оптимистический» и «наиболее вероятный». Сценариев может быть сколько угодно, это зависит от выбранного способа управления.

Наши детерминированные модели основаны на алгоритмах, отражающих связи внутри реальной экономики. При этом действующие правила ведения хозяйства могут стимулировать экономическое развитие, но могут и препятствовать ему. Поэтому одна из главных задач моделирования – проверить хозяйственный механизм на адекватность, а также найти интервалы времени, на которых действующий хозяйственный механизм не приводит к кризисам.

В практике моделирования часто используются линейные методы (линейное программирование, теория игр, факторный анализ, методы оптимизации и т. д.). Но чем детальнее модели, тем меньше линейные методы показывают реальную картину. В реальной жизни линейные зависимости почти отсутствуют. Если в модели есть неизменные параметры, то на длительных интервалах времени модели всегда разрушаются. Поэтому постоянные значения в модели нужно заменять на переменные. ​

Мы используем нелинейный метод моделирования. Он позволяет учитывать меняющиеся ограничения и вообще любые изменения социальных, производственных и иных структур, которые постоянно возникают в отображаемом объекте. Одни внутренние связи исчезают, другие возникают, поэтому говорить о конкретной структуре модели можно только для определённого момента времени. Далее структура модели изменится, то есть по сути возникнет другая модель. Структурные изменения зависят не только от исходного описания объекта, но и во многом от моделируемого хозяйственного механизма.

Более подробное описание модели можно найти в полной версии доклада, сейчас же перейдём к описанию полученных результатов. Результаты выполнения «плана Байдена» и «плана Трампа» были спрогнозированы на моделях, которые обладают требуемыми свойствами (модели динамические, детерминированные и нелинейные). При прогнозировании была учтена пандемия COVID-19, при которой значительное количество работников остаётся дома, работая удалённо или не работая совсем. Прогноз оказался следующим.

Рис. 10

Реализация «плана Байдена» показана на рис.10. Красный график – ВВП, зелёный – выпуск продукции в натуральных показателях. Такой сильный спад связан с тем, что предприятия реального сектора резко теряют возможность получать кредиты, а финансового – страдают от быстрого падения стоимости активов.

При этом долговые проблемы предприятий реального сектора решаются ФРС (по аналогии с ситуацией 2008 года), но падение частного спроса разрушает более или менее нормальное функционирование сектора реального, В результате происходит резкое падение стоимости залоговых активов, что стимулирует кризис по механизму, аналогичному 1930-32 гг. 

Как следствие, натуральный выпуск продукции, измеренный в тоннах, киловатт-часах и прочих количественных показателях, падает более чем в 2 раза за 2 года, причём это падение, по всей вероятности, на этом не прекратится. Валовой внутренний продукт (ВВП), рассчитанный в текущих ценах, падает примерно с такой же скоростью. Если рассчитывать ВВП в неизменных ценах, его падение будет ещё заметнее. Расчёт можно продолжить и на более длительный срок, но при этом резу вырастает коридор возможностей, связанный с политикой как руководства США, так и других стран.

Рис. 11

При реализации плана Трампа (здесь, как на предыдущем рисунке: красная линия – ВВП, зелёная – выпуск продукции в натуральных показателях) удаётся избежать сокрушительного сценария: хотя и в этом варианте есть падение обоих показателей, но за 2 года они остаются на уровне примерно 80% от первоначальных значений.

В этом варианте стабилизация экономики достигается за счёт протекционистских мер, направленных на оказание помощи нефинансовым предприятиям США, прежде всего промышленности, энергетике, транспорту, сельскому хозяйству и связанным с ними отраслям. Поддержка экономики происходит за счёт приобретения государством акций и других ценных бумаг предприятий.

Таким образом, план Трампа в нынешней ситуации является более предпочтительным, хотя не избавляет американскую экономику от серьёзных потрясений.

Полный текст доклада будет доступен после оплаты
5000 р.

ОПЛАТИТЬ

4.4
(8)

Добавить комментарий